22 нояб. 2016 г.

Интервью Клауса Майне Ганноверской газете Hannoversche Allgemeine.

Оригинал: Hannoversche Allgemeine,  2015 год
Перевод: Scorpions| FOS Russia


Вокалист Scorpions Klaus Meine: «Мы всегда были любознательны и отважны.»

50 лет празднует Хардрок родом из Ганновера: Уже полвека Scorpions выходят на сцену. Клаус Майне в интервью о возрасте, новом холодном ветре в России а также о «Прощании с прощанием». 

Scorpions существуют уже 50 лет. И, кажется, единственное, что за это время не изменилось, это ваш потрясающий голос, нескончаемая уверенность в себе и своих силах Рудольфа Шенкера и ваше безусловное желание быть лучшими начиная с Зарстедта и по всему Миру. Это и есть секрет вашего успеха?

--Главное, что нас привело к успеху, это дружба и работа в команде, страсть и удовольствие. В то время в Ганновере было очень много различных групп, как например Jane и Eloy. Что нас, вероятно, от них отличало: мы всегда были любознательны и отважны. И мы никогда не позволяли себя напугать, сбить с пути. Мы спрашивали себя, например: " Мы попадем в Англию?" В итоге мы играли там, получили положительные отзывы от фанатов и критиков, возвратились оттуда более уверенными и планировали свой следующий шаг. И в какой-то момент нашими соперниками уже были не Jane и Eloy, а Aerosmith, AC/DC и Van Halen.

— 8 альбомов, которые вы только что переиздали, охватывают ваше время «Бури и натиска». В период между 1977 и 1988 вы завоевали как Америку, так и Россию. А в 2015 году вы праздновали свой юбилей, то есть у вас было достаточно дел. Как вы решились на такой проект?

— Мы были постоянно заняты нашим новым альбомом и туром, и наш курс был совершенно не в сторону прошлого. Однако наша выпускающая фирма выкупила у нашего бывшего продюсера Дитера Диркса наш Backkatalog и представила нам много песен, которые в свое время по разным причинам не были включены в официальные издания. Например такие прекрасные вещи как „Running for the Plane“, „Taste of Love“ и „Don’t wait to long“, которые теперь вышли бонусами. В некоторых случаях мы спрашивали себя: "Это вообще мы? Когда появилась эта вещь?". И тогда мы погружались в прошлое, снова встречались с Дитером в Пабе Марлен на углу, как всегда были тосты Hawaii и Kölsch (*традиционное пиво в Кельне) и вместе с тем мы снова оказывались в студии и «джемовали» там до самой ночи. Многие песни оказались «непричесанными» , то есть не готовые, у некоторых был только рабочий текст. Что нас убедило их опубликовать? Их невероятная энергия. Слушая их, понимаешь: группа просто хотела «на волю», расширить свою сферу влияния, увидеть Америку из окна турового автобуса, мы все тогда были в режиме «Rock-you-like-a-Hurricane».

— В 1989 пала Стена. Вашу песню „Wind of Change“ вы написали до этого момента, после вашего выступления на Moscow Music Peace Festival в августе того же года. Песня стала гимном перемен и воссоединения. Недавно вы снова выступали в России. Каково настроение там?

-- Можно встретить многих, кто рассуждает о том, что российско-немецкие отношения напряжены. Спустя 25 лет после окончания "холодной войны" ощущение, будто часы повернулись назад. Кажется, что в России подул холодный, анти-демократичный ветер. Не было ли уместно теперь написать песню-протест, новый „Wind of Change?
В то время песня возникла как надежда на окончание Холодной Войны. Сегодня даже в Китае на концерте вместе с нами эту песню поют наизусть 50 000 поклонников и таким образом выражают свою надежду на жизнь в свободном мире. Как гимн надежды „Wind of Change“ по-прежнему актуальна. В любом случае я бы и сегодня не стал писать песню о том, что только что увидел по новостям.

— В документальном фильме „Forever and a Day“ Вы говорите, что во многих частях света вы очень любимы поклонниками. А в Германии дела обстоят иначе. Действительно ли это так? Цифры продаж ваших альбомов говорят об обратном.

—Коммерческий успех - это одна сторона. Мы действительно очень и очень успешны в Германии и у нас нет поводов жаловаться. Речь о том, как принимается такая группа, которая выступает с таким желанием и страстью, как мы, которая играет для трех поколений, которая успешна во всем мире. И эта форма выражения любви мне кажется в других странах более эмоциональной.

«Они были чем-то между супер рок-группой и акробатами» - говорит Paul Stanley из Kiss о Scorpions 70-х и 80-х. Сейчас вам и Рудольфу по 67 лет и вы уже давно не акробаты. Вы не боитесь старости и ходунков?

— Что касается меня, то я этого не боюсь. 50 лет Scorpions это, безусловно, круглая цифра, но не обязательно лучшая. Мне хватило бы и 30 лет, однако, пока тебе есть что сказать, выходя на сцену, это не имеет значения. Это доставляет только удовольствие, если ты здоров. Однако все чаще случаются неприятные события, в прошлом году мы потеряли троих наших друзей и близких группе людей. Но потом ты смотришь на Stones и не веришь тому, что Mick Jagger вытворяет в свои 70. В прошлом году на концерте в Берлине я сказал Стивену Тайлеру из Aerosmith: „Ему 70, такого просто не может быть» А Стивен ответил: „Yeah, I am 66, Man!“ Стивен и я одного возраста. Я считаю это привилегией до сих пор иметь возможность выступать на мировой сцене, например в распроданном L. A. Forum. Это не так уж и плохо для пары старичков из Ганновера.

В фильме вы ссылаетесь на хороший фитнес, оправдывая свое решение о прощании с прощанием, которое вы объявили в 2010 ...

—В начале нашего „Farewell“-Tour в 2010 году мне и Рудольфу было чуть больше 60. И мне казалось это абсолютно реалистичным в тот момент выйти на финишную прямую. Однако потом поступило предложение от „MTV Unplugged“, мы написали новые песни, появилась креативность, а мировой спрос не упал. Мы должны были тогда сказать, что берем паузу. Но никто не застрахован от ошибок.

Вы могли бы в принципе существовать без группы?
—Я могу отлично представить себе жизнь за пределами Scorpions, жизнь без этих постоянных вызовов, без давления постоянно быть на высоте. Между 2010 и 2012 мы дали около 200 концертов, как исполнитель, ты должен для начала выдержать такую нагрузку. Если с моим голосом все в порядке, то я понимаю, что я на своем месте. Но путешествия, занимающие много времени, которое ты проводишь в самолете, чтобы потом дать одно шоу в Южной Корее, Сибири или Амазонке, конечно оказывают влияние на самочувствие. Мы являемся пионерами, которые немного продлили свою рок-н-ролльную жизнь. Мы не обязаны были это делать, то что нас двигает - это наша страсть и любовь к музыке и чувство того, что там, снаружи, нас всегда жду поклонники: в Сан-Пауло, в Лос-Анджелесе, в Париже, а также и в Гамбурге. И кто знает, может быть когда-нибудь мы снова сыграем и в Ганновере.


Перевод: FOS Russia.

Комментариев нет:

Отправить комментарий